24 ноября ветеран Великой Отечественной войны Екатерина Павловна Ищенко отметит вековой юбилей! Склоняя голову перед подвигами этой мужественной женщины, мы делимся ее воспоминаниями о страшных годах войны и секретом долголетия.

НОЧНАЯ РАДИСТКА

- Фашизм - это злейший враг. Страшно, когда идет война, - рассказывает Екатерина Павловна. - Это было так давно. Думала, никогда не повторится. Сейчас у нас в Донбассе война. Я ложусь спать в тревоге, думаю: Господи, опять война. Как я дожила?

До 100 лет дожить - это очень тяжело, я вам скажу. Жить - значит что-то делать. Я живу: не сижу дома - меня приглашают на мероприятия. Надеваю свою форму с наградами и отправляюсь на встречу. Да, мне 24 ноября будет 100 лет...

Участник боевых действий, радист Екатерина Пав-ловна ИЩЕНКО родилась в начале прошлого века - 24 ноября 1920 года в Московской области, в деревне Косьмово Можайского района - в дружной многодетной семье, где было семеро детей. Отец был грамотным - 4 класса сельской школы, и мать тоже в то время считалась грамотной с тремя классами. Много испытаний выпало на долю простых людей. Революция, коллективизация, война. И только трудолюбие четы Макаровых (девичья фамилия Екатерины Павловны) помогло по-ставить на ноги всех своих детей.

- Екатерина Павловна, как вы стали радисткой?

- В 1938 году закончила «семилетку» и поступила в педагогический техникум. Иду домой и встречаю подругу. Она как узнала, где я решила учиться, тут

же начала уговаривать забрать документы и пойти на курсы радистов. Принимая документы, директор курсов предупредил, что занятия будут ежедневные в ночное время. Нас с подругой это не испугало. Спустя три месяца мы в совершенстве знали азбуку Морзе.

А ПОТОМ НАЧАЛАСЬ ВОЙНА...

- Когда 22 июня 1941 года началась война, мне было 20 лет. В тот день я была на работе - дежурила на радиоконтрольном пункте на станции Бутово. Это в 33 километрах от Москвы. Слышим, в 9:45 объявляют по радио: «Говорит Москва. Слушайте нас через несколько минут». А потом объявили: «Без предупреждения. вероломно...Гитлер». Мы готовы были ко всему, но все равно не верили, что началась война. Глубокой ночью, когда все люди спали, начался авианалет. Конечно, многие погибли. Налеты были беспрерывными.

Нашу группу радистов эвакуировали из Москвы в Башкирию, где мы продолжали работать с информацией, а в 1942 году, в конце апреля я добровольно ушла на фронт.

СТРАШНЫЕ ГОДЫ

- Три года и два месяца я была на войне. Это очень страшно. Мы принимали донесения. Батальон ВНОС - это воздушные наблюдения. Следили за воздухом, то есть, за самолетами. Да, это называлось «воздух». По 12-13 штук вражеских самолетов летели бомбить Сталинград. Летят - несут тяжелый смертоносный груз! И весь его сбрасывали. В городе не было живого места после авиабомб. Летят над нами немецкие самолеты - надо было определить, какой это самолет, его направление, в каком квадрате зафиксирован. Мне сообщат, а я сразу по радиосвязи передаю - отстукиваю «морзянку». А после этого и наши самолеты по переданным координатам поднимались в небо и отражали атаку врага - зенитки тут же вступали в бой.

Поделитесь ярким воспоминанием спустя поч¬ти восемь десятилетий.

- Это было в начале войны. У меня была подружка, с которой мы работали в радиоцентре. До войны она вышла замуж за военного, жили в Москве, недалеко от Кремля, где он служил. Когда началась война, каждый раз, уходя на службу, он всегда убедительно просил жену, чтобы та спускалась в бомбоубежище. Подружка исправно слушалась мужа. В этот раз она не пошла, осталась в квартире. Решив, что обстрел закончился, вышла на балкон. И тут в дом влетела бомба, прошив все этажи, и только внизу взорвалась. Девушку взрывной волной унесло за 30 метров от дома. Только по родимому пятну на теле ее смогли опознать родные.

- Были ли у вас ранения?

- Я дежурила на радиостанции, которая была смонтирована в специализированной машине. Водитель намеренно загнал машину в кювет, чтобы посильнее замаскироваться - над головами летали немецкие самолеты. Бомбили очень сильно. Осколки снарядов летали во все стороны. Мне в машине ничего не видно - окошки маленькие. И тут один осколок попадает мне в лоб. Я прижала к ране носовой платок - что попало под руки, и прокричала, что ранена. Меня тут же хотели отправить в госпиталь, но лейтенант Лякишев скомандовал, что дает всем три дня на то, чтобы радиста поставили на ноги. В тот момент я в отряде была незаменима. На войне без связи нельзя. От радиста могли зависеть жизни солдат, и сам исход боя.

- Какие города освобождали? Где встретили победу?

- Самым значимым городом был Сталинград. Больше года мы стояли на его обороне. Потом попали в Белоруссию - Новозыбково, Гомель, Фролово. Дошли до Минска, где и встретили победу.

Мы ведь радисты - о новостях с фронтов первыми узнавали по рации. Все ждали победу. А когда услышали, радовались, плакали. Каждому живому было о ком плакать. У меня брат 1924 года рождения погиб в Белоруссии. Минером был. Ему оторвало ногу. Он, истекая кровью, полз к своим без ноги. Увидев боевых товарищей, попросил пить и напоследок сказал: «Останетесь живыми, зайдите к мамочке, скажите, что я похоронен в Белоруссии».

«ЛЮБИТЕ ЖИЗНЬ»

Орден Отечественной войны II степени и медаль «За победу над Германией» Екатерина Павловна получила в военкомате. Потом за долгую жизнь было еще много медалей.

- Дорожу всеми своими медалями. Это моя жизнь, моя память. Долгая жизнь. 100 лет - это так много, - повторяет Екатерина Павловна. - Поговорила с вами, и уже устала. Но если меня пригласят на встречу, обязательно поеду. Сейчас это очень важно. Желаю всем мира, счастья, здоровья. И еще - любите жизнь.